— Так, понятно, — сказал наборщик, — но что это за цилиндры?
— Цилиндры, — сказал я, — это сосуды с толстыми стенками, в них быстро сгорает смесь или даже, вернее, не сгорает а взрывается.
<Середина 1930-х>
Купил я как-то карандаш, пришёл домой и сел рисовать. Только хотел домик нарисовать, вдруг меня тётя Саша зовёт. Я положил карандаш и пошёл к тёте Саше.
— Ты меня звала? — спросил я тётю.
— Да, — сказала тётя. — Вон смотри на стенке, таракан это или паук?
— По-моему, это таракан, — сказал я и хотел уйти.
— Да что ты! — крикнула тётя Саша. — Убей же его!
— Ладно, — сказал я и полез на стул.
— Ты возьми вот старую газету, — говорила мне тётя. — Поймай его газетой и в ванную под кран.
Я взял газету и потянулся к таракану. Но вдруг таракан щёлкнул и перепрыгнул на потолок.
— И-и-и-и-и-и! — завизжала тётя Саша и выбежала из комнаты.
Я и сам испугался. Я стоял на стуле и смотрел на чёрную точку на потолке. Чёрная точка медленно ползла к окну.
— Боря, ты поймал? Что же это такое? — спросила тётя из-за двери взволнованным голосом.
Тут я почему-то повернул голову и в ту же секунду соскочил со стула и отбежал на середину комнаты. На стене около того места, где я только что стоял, сидело ещё одно такое же непонятное насекомое, но больших размеров, длинной в полторы спички. Оно глядело на меня двумя чёрными глазками и шевелило маленьким ротиком, похожим на цветок.
— Боря, что с тобой!? — кричала из коридора тётя.
— Тут ещё одно! — крикнул я. Насекомое смотрело на меня и дышало как воробей.
— Фу, какая гадость, — подумал я. Меня даже всего передёрнуло.
А что, если оно ядовитое? Я не выдержал и с криком кинулся к двери. Едва я запахнул дверь за собой, как в неё изнутри что-то с силой ударило.
— Вот оно, — сказал я, переводя дух. Тётушка уже бежала из квартиры.
— Я к себе в квартиру больше не войду! Не войду! Пусть делают, что хотят, но в квартиру я не войду! — кричала тётушка на лестнице собравшимся жильцам нашего дома.
— Да вы скажите, Александра Михайловна, что же это было? — спрашивал Сергей Иванович из 53-го номера.
— Не знаю, не знаю, не знаю! — кричала тётушка. Только так в дверь ударило, что пол и потолок затрясся.
— Это скорпион. У нас их на юге сколько угодно, — сказала жена адвоката со второго этажа.
— Да, но в квартиру я не пойду! — повторила тётя Саша.
— Гражданка! — крикнул человек в фиолетовых штанах, перегнувшись с верхней площадки. — Мы не обязаны ловить скорпионов в чужой квартире. Ступайте к управдому.
— Верно, к управдому! — обрадовалась жена адвоката.
Тётя Саша отправилась к управдому.
Сергей Иванович из 53-го номера сказал, уходя к себе в квартиру:
— Однако, это не скорпион. Во-первых, откуда здесь быть скорпиону, а во-вторых, скорпионы не прыгают.
<Середина 1930-х>
ОДНАЖДЫ лев, слон, жирафа, олень, страус, лось, дикая лошадь и собака поспорили, кто из них быстрее всех бегает.
Спорили, спорили и чуть было не подрались.
Услыхал Гриша Апельсинов, что звери спорят, и говорит им:
— Эх вы, глупые звери! Зря вы спорите! Вы лучше устройте состязание. Кто первый вокруг озера обежит, тот, значит, и бегает быстрее всех.
Звери согласились, только страус сказал, что он не умеет вокруг озера бегать.
— Ну и не бегай, — сказал ему лось.
— А вот побегу! — сказал страус.
— Ну и беги! — сказала жирафа.
Звери выстроились в ряд, Гриша Апельсинов махнул флагом, и звери побежали.
ЛЕВ несколько скачков сделал, устал и пошел под пальмами отдохнуть.
Остальные звери дальше бегут. Впереди всех страус несется, а за ним лось и жирафа.
Вот страус испугался, чтобы его жирафа и лось не обогнали, повернул к ним голову и крикнул:
— Эй, слушайте! Давайте из озера всю воду выпьем! Все звери вокруг озера побегут, а мы прямо по сухому дну поперек побежим и раньше всех прибежим!
— А ведь верно! — сказали лось и жирафа, остановились и начали из озера воду пить.
А страус подумал про себя:
— Вот дураки! Пускай они воду пьют, а я дальше побегу.
И страус побежал дальше, да только забыл голову повернуть и, вместо того чтобы вперед бежать, побежал обратно.
А ЛОСЬ и жирафа пили, пили, пили, пили, наконец жирафа говорит:
— Я больше не могу.
И лось говорит:
— Я тоже больше не могу.
Побежали они дальше, да уж быстро бежать не могут. Так их от воды раздуло.
А слон увидал зто и ну смеяться!
Стоит и смеётся! Стоит и смеётся!
А собаку по дороге блохи заели. Села она и давай чесаться! Сидит и чешется! Сидит и чешется!
Так что первыми олень и дикая лошадь прибежали.
А СЛОН-ТО все стоит и смеётся, стоит и смеётся!
А СОБАКА-ТО все сидит и чешется, сидит и чешется!
А ЖИРАФА-ТО все бежит!
А СЛОН-ТО все смеётся!
А СОБАКА-ТО все чешется!
<1930-е>
Однажды ёж оступился и упал в реку. Вода в реке была холодная и ёж очень озяб. Хотел ёж на солнце погреться, а погода была пасмурная, солнце было покрыто облаками.
Сел ёж на полянку и стал ждать, когда солнце из-за облаков выглянет.
Сидит ёж на полянке. С него вода капает. Холодно ему.
Вдруг видит — бежит по полянке заяц.